Положительный отзыв о компании Программа Имеем право

Юнайтэд Мьюзик Груп
Комментарии:Отрицательные стороны

Коллеги! Все знают, что сейчас на рынке много безработных журналистов, которым особенно не из чего выбирать, поскольку соискатели на рынке растут, как грибы после дождя, а вакантные места - нет. Иногда приходится соглашаться на не совсем подходящие предложения. И, к сожалению, некоторые работодатели успешно этим пользуются и отнюдь не с добрыми намерениями. Давайте поделимся своим опытом "сотрудничества" с такими людьми. Пусть другие учатся на наших ошибках.

Расскажу свою историю. Случилось мне недавно поработать в программе "Имеем право". Выходит она каждую неделю на канале "Столица", а создается под эгидой Совета муниципальных образований города Москвы. По сути "ИП" - это маленький семейный бизнес. Формально им руководит гендиректор компании-производителя, ООО "Юнайтэд Мьюзик Груп" Соколов Виталий Владимирович. Фактически вся власть сосредоточена в руках его жены Соколовой Натальи Степановны.

С этой дамой я познакомилась на собеседовании. После хвалебных отзывов в адрес моего резюме она с ходу предложила мне вакансию корреспондента с ба-альшими перспективами. А именно: со скорой возможностью стать шеф-редактором программы. Интуитивно чувствуя подвох, я проговорила условия: в обязанности мне вменялось создавать сюжеты для программы "Имеем право" и иногда, в помощь действующему шефу, редактировать сценарий программы. График - ненормированный рабочий день, переработки исключительно добровольны. Зарплата - 25 тысяч рублей. Оформление в штат было обещано через месяц успешной работы, однако до оформления я должна была отрабатывать полный рабочий день вместе с остальными сотрудниками.

Честно скажу - зарплата для меня очень низкая, даже в кризис. Да и перспектива в течение месяца работать на птичьих правах. Но были свои мотивы - хотелось вернуться на телевидение, вспомнить съемки-вычитку-запись. В итоге решила закрыть глаза на свои сомнения, стальные нотки в голосе начальницы и не слишком жизнерадостный вид потенциальных коллег, и согласилась на тестовое задание. И вот что из этого получилось.

Целую неделю, за которую, как потом выяснилось, платить мне не планировали, меня вызывали на весь день в офис под предлогом "доработки тестового задания". В это время я добросовестно выполняла возложенные на меня обязанности. Более того, в свои выходные дополнительно написала проект сценария для новой программы. По словам леди-босс, дело было срочное. Решив, что я не стану часто повторять такие подвиги, поскольку сценарий отнял практически два полных дня, и я почти не отдохнула, я наконец-то "официально" (то есть уже с обещанной зарплатой, но без оформления) приступила к работе. И ближе к вечеру выяснила, что "ненормированный рабочий день" в понимании начальства - это приходить на работу к девяти, а уходить... а зачем вам домой? Время ухода каждый раз надо было согласовывать с начальством лично или по телефону. Покинуть работу в шесть (после 8-часового рабочего дня) значило нанести личное оскорбление. Нормой было работать до семи, восьми, девяти, десяти... Но это еще не все! Хотя бы один день (а иногда и оба) из двух выходных для сотрудников программы был рабочим. В приказном порядке.

Об отношении к сотрудникам можно судить по одному эпизоду. Часов в девять вечера собираюсь с работы (придя, соответственно к девяти утра), интересуюсь, могу ли я быть свободна. На что Соколова на полном серьезе отвечает, что нет, так как есть срочная работа - разобрать архив выпусков!!!

Как постепенно выяснялось на протяжении двух недель, помимо основных и дополнительных обязанностей в упомянутой программе "Имеем право", сотрудникам "в нагрузку" предоставлялось бесплатное право поработать над производством другой программы, возглавляемой уважаемой Натальей Степановной, - "Муниципальные вести". А также над огромным количеством разных новых проектов. Втиснуть эти обязанности оставалось разве что в ночные часы, исполнив голубую мечту работодателя об идеальном сотруднике, который способен работать без обеда и круглосуточно.

Отдельно нужно сказать о рабочем процессе. Написание сюжета любым корреспондентом было сопряжено с бесконечным его переделыванием в соответствии с новой, только что изобретенной начальством, концепцией. Поскольку оные то и дело менялись, иногда в точности повторяя старые модели, то процесс сдачи уже готового сценария затягивался на два-три дня. Ответственного за выпуск как такового не было, а основной функцией шеф-редактора, досиживавшей последние дни перед увольнением, и частично моей было внесение в сценарий программы бесконечных правок, приходивших в голову попеременно Наталье Степановне и Виталию Владимировичу. Оставшейся немногочисленной части журналистов везло чуть больше, поскольку переписывали они преимущественно свои тексты.

Буквально отпахав в указанном режиме три недели (одну как бы в счет "доработки тестового задания"), поняла, что добралась до последней критической точки на шкале терпения. Поэтому я, тщательно доделав последние дела, оповестила руководство о своем уходе, попросила произвести расчет и вернуть трудовую книжку, которую по глупости отдала вперед ("мы потом вас оформим"). В ответ любезная Наталья Степановна Соколова заявила, что полный месяц я не отработала, поэтому о зарплате речь идти не может, а только о посюжетных гонорарах (о том, что редактура и переработки тоже должны как-то оплачиваться - молчок). Однако - внимание - выплаты не могут быть произведены, пока я не переделаю сюжет в соответствии с новой концепцией. Поняв, что процесс ухода может растянуться еще на несколько дней, я вежливо отказалась, после чего имела удовольствие наблюдать письменный ор (длиннющее письмо, написанное капслоком :) ). Денег мне, естественно, никто не отдал, ни за все успешно прошедшие в эфир сюжеты, ни за отработанное время.

Такая вот история. В заключение могу сказать, что сделала для себя вывод: с работодателями лучше вести себя по принципу "вечером - деньги, утром - стулья". А если так не получается, то "нет контракта - нет работы". Кстати, на момент моего ухода из этого милого местечка ушло еще два человека, а один собирался написать заявление. Как выяснилось, свое намерение он исполнил. Положительные стороны

Не указаны